~WELCOME~

Обращаюсь к тем 20 с небольшим людям, у которых я в значусь в друзьях.
Далеко не со всеми из вас я общаюсь близко. Скажу даже больше, около одной трети вас я не знаю вообще и ни разу в реальности не видел. Даже в Интернете с вами не общался. Вы просто меня добавили. Я не знаю, каким образом и зачем, но факт остаётся фактом - вы это читаете. И те, кого знаю, и те, кого не знаю.

23 недели мой дневник пустовал. 23 недели с того момента, как я сделал последнюю запись, я только читал ваши творения (а иногда не читал - не суть важно). Но все эти 23 недели (не поверите) я жил. Когда-нибудь и как-нибудь. Но жил.

А теперь я объясню вам цель этой записи. На днях задумался по поводу того, стоит ли вести дневник или продолжать паразитировать?

И тут я решил: если к этой записи будет больше, чем 8 комментариев, я буду. Менее - не буду. Это такой своеобразный эксперимент.

Спасибо за внимание.

Случайно вдруг заметил надпись, что "Ваш журнал не обновлялся 21 неделю"... Весело.

Ну что ж, для удовлетворения своей совести надо что-нибудь написать впервые почти за полгода.

Живу весело, стараюсь устроить лето. Только что брат подошёл, сказал, что есть путёвка на конец августа в Феодосию от МГТИ им. Баумана(студентки, всё такое, море)... но до этого времени ещё, как минимум, дожить надо.

Пытаюсь найти работу. Есть несколько задумок. Кстати, никому не нужен журналист?) Стаж, правда небольшой, но готов трудиться на славу издания/телеканала/радио.

Гуляю, читаю(Прочитал тут "один день Ивана Денисовича". Сейчас примусь за "Бич Божий" Евгения Замятина). Постоянно кого-то провожаем на отдых, немного устал уже слышать:"За счастливый перелёт" или "За то, чтобы вернулся здоровым и невредимым". Завтра должен прилететь наконец-то друг из Англии.

Вот так я и живу.

P.S. поскольку пишу я совсем нечасто, то буду очень признателен прочитать что-нибудь в комментариях.

Вот так вот.

ни для кого не секрет, что жизнь наша полна подлостей и несправедливостей со стороны окружающих, и, как средство защиты от окружающей среды, негативные проявления исходят и с нашей стороны. до недавних времён я был уверен в теории о том, что хороший или плохой совершённый поступок вернётся во стократ. но недавно произошедшие со мной события показали, что это не так. конечно, возможно, ещё мне станет очень плохо, но пока это не так. и вряд ли будет.
всё плохое, что произойдёт со мной, случится и так, и без моих подлостей. так что же делать? я понимаю, что каждый решает такие вещи для себя, но всё же.

помогите пожалуйста, скиньте ссылки порталов с бесплатными фильмами. заранее признателен.

сегодня весь день где-то мотался с товарищами. то там, то здесь. пока сматрели fireshow на Болотной замёрз сильно. и вот задумался, а где вообще народ тусит в свободное время? кто-то ходит по клубам, кто-то зависает на играх, другие предпочитают разные виды спорта. есть такие, которые зацикливаются на деньгах и тупо ходят в кафе. поделитись своими предпочтениями(если хотите, можете что-нибудь посоветовать)

только что сделал 2 раза младшего брата в шахматы!!! Friec и Крамник отдыхают!
кстати, а как вы относитесь к интеллектуальным видам спорта?

здравствуйте все те, кто сейчас здесь.

я наконец-то оформил свой жж, благодаря белке. отдельное спасибо ей за это, а то бы ещё очень долго сам разбирался.
настроение - сонное, спал мало. вот подкашливать начал, но мамка сразу накачала таблами. я, правда, не знаю, как сделать, чтобы жж читали, но, надеюсь, и на него когда-нибудь зайдут.

ну всё, пока, всем удачи!

здравствуйте, дорогие господа!
вот решил осваивать достижения современности... до сих пор не понимаю зачем нужен жж(возможно я ещё слишком мал и глуп, тогда простите меня), раз есть мыло и аська, ну да ладно. смотря на другие дневники, я тоже расскажу, что я сегодня делал(тоже, с моей точки зрения, глупо, потому что в скрытоси и заключается прелесть выходных...)
пришёл из бассейна, устал. вчера-сегодня справляли д.р. друга, следовательно голова трещит, тело ломит, и хочется спать. вот так. с утра уехал от друга(не у которого был д.р., как поехали к нему-не помню). на Рублёвке с утра пробок не было. вот. а ещё решил ограничить себя от потребления сигарет в прогизводственных масштабах. я так parliament озолочу.
вот. это мой первый эксперимент написания дневника.
p.s. напишите пожалуйста ответы или комментарии, очень интересно, как эта тема работает.

ура! сегодня в ночь напечатается первый выпуск нашей школьной газеты! получается неплохо. тираж - 1000 экз.

Красный ковёр на полу, потёртый паркет под ним. Старый шкаф, у которого вместо одной ножки – деревянная подставка; окно, за которым осень. Письменный столик в углу, белый потолок наверху. Он внимательно обводил взглядом свою комнатку, своё жилище. Пазл на ковре. Тысячи разбросанных частичек вокруг, разных по форме, но равных по площади. Он собирал его уже несколько дней. Становились понятны некоторые фрагменты пазла: это был лес, полный животных и птиц, кустов и камней. Там сияло солнце, и небо было ярко синим.
Было проделано уже много работы, но оставалось ещё больше. Каждый день он соединял всё больше частичек, и появлялись новые фрагменты. Ложась спать, он думал о пазле, просыпаясь с утра, он бросался к пазлу, кушая, он представлял себе пазл. Он никогда не включал в комнате свет и работал только днём. Он говорил, что пазл есть всё. С каждым днём пазл становился всё больше, стали видны новые фрагменты: там было множество людей, дверей, заборов, домов.
В один вечер пазл был закончен. Он чувствовал себя счастливым. Он знал, что теперь достигнута цель многомесячных стараний. Он уснул крепким сном. Он не ринулся к пазлу, проснувшись, а просто зажмурил глаза, потому что пазл был для него священным, а святость требует уважения и терпения. Он медленно поднялся с кровати и посмотрел на пол. Пазл занимал половину комнаты, и был огромен. Это множество частичек с различными кусочками изображения. В левой части пазла были лес, звери, река, кусты. В правой части пазла располагались люди, машины, дома, заводы. Он любил весь пазл, ему была дорога каждая частичка, кусочек. Он весь день не заходил в комнату, а вечером, перед сном, вновь обратился к пазлу. Левая сторона осталась неизменна, а правые кусочки постоянно менялись, часть из них становилась всё ярче, в них зарождался свет, часть кусочков оставались такими же обычными, часть темнели, как от огня, а Он стоял и смотрел. Ему было пять лет. Он не удивлялся. Он был Бог, а Бог есть всё: ковёр, паркет, шкаф, столик, лес, звери, птицы, машины, люди. Он знал, что частички изменяются, пазл остаётся, и только яркие частички освещают его комнату в любое время суток.

“П”



“Пылок и поспешен пан Проша!” – произнес потрясенный последними происшествиями пастор Петр.
Пан Проша- пастух. Он преклонялся перед прелестной пани пастушкой и постоянно пытался поразить панночку, преподносил подарки, но пани пастушка просто показывала пану Проше, как пастух ей противен.
В полночь, подвыпивший пан Проша пришел к ее пристанищу и прокричал: “Почему я, пастух полей, переношу эту пытку, пасую перед пастушкой, пытаюсь ей понравится, а получаю проблемы и пощечины?” - пальцы пана подергивались от перенапряжения, “Прощайте, порядочные паны и панночки, прощай и ты, проклятие пана Проши!” Прокричал и побежал пастух к пропасти. Подумал, постоял перед ней, да и прыгнул. Покончил с собой пан Проша без поцелуя или похвалы панночки. На примере пылкого пастушка пытаюсь передать вам, что не пробуйте получить признания, помирая. Поживите, порадуйтесь, поогорчайтесь, а потом подумайте, принесет ли поступок вам пользу?

“Воздушные замки”


Чаинки плавали на дне чашки. Они были чуть видны сквозь заварку крепкого черного чая. От зеленой фарфоровой чашки запах разносился по всей маленькой, но аккуратной кухне. В углу стоял холодильник, еще советских времен, напротив находились столик и две небольшие табуретки. Газовая плитка чуть шипела, подогревая картошку в потресковавшейся сковородке на ужин. Небольшой шкафчик для посуды, стоявший слева от двери, служил и подставкой под радио, и хлебницей, и складом под пустые пакетики. Желтая раковина имела два крана: для холодной и горячей воды. Кухня была чистой и убранной, ничего нигде зря и не к месту не лежало. Весь интерьер состоял только из советской мебели, и даже подтекший потолок и чуть-чуть подтресковавшаяся стенка как нельзя тоньше вписывались в общую атмосферу. Тихо жужжало радио, а в углу, за столиком сидела хозяйка этой кухни, старушка, хотя нет, ей больше подходит слово пенсионерка. На вид она была не старше шестидесяти пяти лет. Ее однотомный зеленый халат уже порядком “облысел”, а коричневые тапочки давно расклеились. Редкие сухие пепельные волосы были распущены и спускались до шеи. Морщины порядком искромсали лицо и руки, и только глаза оставались живыми.
Ужин этой бабушки не отличался особым разнообразием: картошка, пара ломтиков хлеба и чай. В принципе, вся ее жизнь была похожа на ее трапезу: монотонна, неразнообразна и скучна. Правда, у нее было одно занятие, которое для нее было и развлечением, и частью жизни. Она рассматривала людей из своего окна. То какая-нибудь женщина пойдет на рынок и потащит с собой сумки с продуктами, то мужчина, весь такой из себя, припаркует машину напротив ее окна, то дворник пойдет подметать улицу. Это было ее любимым занятием, и каждому человеку она придумывала характер, личные качества. Представляла, что этот человек будет делать дальше, куда пойдет. Именно от этого занятия, почуяв запах подгорелой картошки, она нехотя оторвалась, чтобы выключить плитку. Чуть-чуть поворчавши, она положила картошку в тарелку и начала ужинать. Быстро съев чуть-чуть подгорелую картошку, заев это белым хлебом и допив свой черный китайский чай, она принялась писать заметки на следующий день: Купить хлеб, электрик придет в 5 часов, купить сахар. Ее взгляд скользнул по бледно-зеленой стенке над столиком, на которой висели календарь за позапрошлый год и приклеенная желтая бумажка: Выключить газ!” Она вымыла посуду, сложила весь свой сервиз на полочки, выключила газ и прошла в комнату.
Лучики включенного ею света играли в стеклянном слоненке, подаренном четыре года назад дальней родственницей. Шкаф, на полке которого стоял слоненок, вмещал в себя телевизор, пожалуй, самая современная вещь в квартире, зеркало, часики, очень много научных книжек и декоративный фарфор молочного цвета. По середине комнаты красный в узор ковер, а на нем стоял заставленный разными бумагами, ручками, карандашами, картой и даже лупой коричневый стол. В этой же комнате стоял старый, массивный, светло-коричневый шкаф с одеждой. Под одну из его ножек для равновесия положили дощечку. Люстра была с округлыми стеклянными плафонами на железном ободке, правда, из пяти лампочек горели только три. Бабушка быстро разобрала стоящую в углу высокую кровать (поскольку она состояла из трех кроватей и двух матрацев) и легла спать. Лечь спать для нее уже давно означало ворочаться, думая о своих и мировых проблемах, часа три, а оставшееся время досыпать рывками.
Ночью, когда ничего не видно, были особенно слышны звуки улицы. То машина проедет, то человек пройдет. В ту ночь рядом рушили здание, чтобы построить новое. Естественно, повидав на своем веку достаточно, у бабушки было свое восприятие мира и событий. Большинство ее соседей было, мягко говоря, недовольно шумом по ночам, но ведь именно так, считала пенсионерка, рождаются все вещи, все искусство, все прекрасное – из шума, грязи, беспорядка, хаоса. Ведь это здание развалят, построят новое, и те же самые соседи будут ходить и восклицать, радоваться, какую прелестную постройку они имеют рядом с домом!
Пенсионерка начинала свой день в семь утра, чтобы успеть приготовить поесть и начать смотреть из окна за школьниками. Правду сказать, школьники были ее любимым занятия для наблюдения. Был даже один, с которым она мысленно подружилась и уже из года в год за ним следила. Она с умилением вспоминала, как он с тревогой и надеждой держал маму за руку, когда пришел в школу, в первый класс. Потом он подрос и начал ходить в школу сам. Он всегда шел на уроки раньше, чем надо, и бабушка ничуть не сомневалась, что для того, чтобы успеть лучше подготовиться, повторить задание. Она вообще приписывала ему самые лучшие качества: он был добрым, трудолюбивым и честным. Учился он, по ее мнению, естественно только на пять, всем помогал, был старостой. Она не раз представляла себе отрывки из его жизни в школе: как он правильно отвечает или мирит младших. Она даже имя дала ему - Вася. Вася был действительно на вид прилежным мальчиком, всегда ходил в форме, был причесанным. Вот и в то утро Вася спешил в школу. Пенсионерка внимательно и с любовью проследила с ним до самого угла и пошла мыть посуду в своей пожелтевшей от времени раковине. После этого она продолжила смотреть в окно, но ничего особенного не произошло, и пенсионерка решила выполнить запланированные дела, сходить в магазин. Поскольку позже, как помнит читатель, должен был прийти электрик, бабушка решила не откладывать и часа в два она решила выйти. Она собралась, причесалась, посмотрелась в зеркало, обитое деревянными планками и висящие на стене в коридоре, и вышла, закрыв внимательно все замки. Надо отметить, что была зима, лежал мягкий снег, ярко светило солнце. Пенсионерка просто обожала такую погоду, и внутри нее все просто кричало от радости. В это время школьники уже начали возвращаться домой, и, пройдя шагов пятьдесят, пенсионерка увидела Васю и его сверстников, играющих в снежки. Она просто затрепетала и даже улыбнулась, глядя на игру. Тут Вася побежал в ее сторону, и когда он пробегал мимо бабушки, то она почувствовала запах алкоголя. Она не сразу осознала, что случилось, у нее ничего не вязалось в голове. Уже в отдалении она услышала, как сверстники Васю звали его Сашей, и ей потребовалось время, чтобы понять, что это его настоящее имя. Она была в шоке. Тут ее неожиданно что-то оглушило - это Вася с друзьями попали в нее снежком. У нее выпала сумка, а бабушка упала, прям на снег. Все мысли перемешались у нее в голове и проносились молниями: “Он же не такой, Вася… мой Вася,… но почему же мой? Его даже не так зовут… у него есть свои родители… своя жизнь…” А тем временем Вася убегал все дальше и дальше, а по дороге выбросил окурок…